Блог zvezdnaya

Регистрация

Теги

алеся кафельникова  алина кабаева  анастасия волочкова  андреймиронов  анна семенович  артефакт  археология  бани  божена рынска  владимир путин  гарем  глафира тарханова  дана борисова  даша мельникова  девичий мир  елена летучая  женская красота  животные  з  звёздная жизнь  звёздные дети  звёздный скандал  звёздный стиль  звёздочки  звёзды  звёзды без комплексов  звёзды в купальниках  здоровый образ жизни  ирина шейк  история  история кино  история любви  история моды  ким кардашьян  конкурсы красоты  ксения собчак  купальник  лето  лиза пескова  литература  любовь знаменитлстей  любовь знаменитостей  мария шарапова  мастера  мир женской моды  мир женщины  мир женщины.литература  мир живописи  мир животных  мир скульптур  мир тв  мир фотографий  мир шоу-бизнеса  модели  мой мир  мужчина и женщина  народы мира  наталья поклонская  наука  непознаное  ольга данка  пляж  полезные советы  политика  правосудие  прикольно  пророчество  прошлое  религия  рпц  светские львицы  сектанты  синхронное плавание  славянский мир  современные нравы  спорт  суеверия  сша  традиции  трамп  трампы  философия  чп  чудо-детки  шедевры живописи  шедевры культуры  шоу-бизнес  это интересно  юмор  я 

На странице

RSS - подписка

  
ЯнварьФевральМартАпрельМайИюньИюльАвгустСентябрьОктябрьНоябрьДекабрь
           

История про бездомного кота Барсика и его страхи

История про бездомного кота Барсика и его страхи

 

Барсик прожил у меня первые 20 дней и выглядел так, как будто вполне освоился с обстановкой и стал полноправным хозяином в доме. Здесь можно наесться до отвала, а затем спать в полной тишине и безопасности — чего еще желать от жизни бездомному коту?

История про бездомного кота Барсика и его страхи… Остаться любой ценой!


Но оказывается, кот не сразу поверил, что это благополучие у него никто не отнимет. Вот приходит ко мне приятельница, чтобы познакомиться с моим приобретением — Барсиком. Барсик пугается и видимо, не ждет от гостьи ничего хорошего.

Может быть, она хочет здесь поселиться, а его снова выдворят на улицу? И он решает, что этому не бывать, надо спрятаться как можно надежнее, чтобы его никто не нашел.

Вот только что кот свободно гулял по квартире, но когда он понадобился для демонстрации, оказалось, что его нет нигде. Разговариваю с приятельницей то об одном, то о другом, но из головы не выходит мысль «где Барсик?»

Не мог же он выпрыгнуть с 5-го этажа, но его нет ни под диваном, ни на лоджии, ни в кладовке, ни в шкафу. Снова пытаюсь занять приятельницу разговором, но теперь и она тоже захвачена моей тревогой и мы вместе повторяем поиски.

Кота нигде нет. Нашу растерянность невозможно описать словами. Наконец, остается только осмотреть тумбочку на кухне, тесно примыкающую к дивану.

Под нижним ящиком тумбочки в пространстве высотой около 10 см находим Барсика. Передние лапы он развел по сторонам, а задние — максимально вытянул назад и лежит, распластавшись на животе в такой вот немыслимой позе уже не менее 15 минут.

Беру его на руки и начинаю увещевать, но он испытывает панический страх и пытается спрятать хотя бы голову у меня под подбородком. Но эти прятки были первыми и последними и больше не повторялись, кот в конце концов понял, что он здесь навсегда.

http://timeallnews.ru/index.php?newsid=28845

 

Ключевые слова: животные, кошки, новость

 

Опубликовал Игорь Молд , 12.04.2017 в 15:58

 

Теги: мир животных

Михаил Боярский: "Лиза все скрыла от меня"

Михаил Боярский: «Лиза все скрыла от меня»

Михаил Боярский: «Лиза все скрыла от меня»

С дочерью Лизой Фото: Андрей Федечко «Моя бабушка Екатерина Бояновская играла Антигону в учебном театре Смольного института благородных девиц» Фото: из личного архива Михаила Боярского

«Мама не умела готовить к трагическим известиям. Меня как будто разрядом тока шарахнуло. Выпали из рук сумка, цветы. Я кричал: «Нет, нет, нет…» Страшное было состояние», — вспоминает Михаил Боярский.

По наследству мне должно было достаться священничество: если бы не революция, в духовную семинарию сначала пошел бы мой отец, а потом и я. Но история страны изменила историю нашей семьи. Дед Александр Иванович был архиепископом, а затем и митрополитом Ивановским и Кинешемским. А мой отец с детства помогал ему — у него имелось маленькое кадило и маленькая ряса. Прихожане обожали деда. Он был ярким, красивым, очень добрым и красноречивым. Отец рассказывал, что, когда тот ехал на поезде из Петрограда в Москву, на станциях бросал из окна приготовленных для деревенских мальчишек оловянных солдатиков, печенье и пирожные. 

Все было сложено в коробку. У деда с бабушкой Катей был свой хороший дом, прислуга. И там имелась отдельная комната для страждущих — в доме вечно толпились какие-то странные люди: бездомные, странники, нищие. После таких визитов обычно пропадали серебряные столовые приборы. Но, похоже, деда и бабушку это не сильно огорчало. Дед был человеком просвещенным, много читал, обожал театр, особенно оперу. А еще любил кататься на каруселях с детьми. Этот высокий крупный мужчина с развевающейся бородой в рясе гонял по кругу на деревянной лошадке и при этом хохотал как ребенок.

Дед был «обновленцем», он принял революцию. Служил сначала в Казанском соборе Петрограда, потом в Колпино, где у него был приход при Обуховском заводе. Когда стало туго с деньгами, он с сыновьями пошел на церковный склад и взял там старые ненужные ризы, расшитые серебром и золотом. Отпарывать все это было хлопотно, поэтому ризы они сожгли, золото расплавилось, а слитки дед отнес в Торгсин. Проповеди у него, говорят, были очень сильными. Однажды в День святого Николая кто-то украл у прихожанина хлебные карточки. А это означало голод или даже смерть для целой семьи. И дед приказал никому не выходить из храма, а вору положить карточки к иконе святого Николая. И это сработало, вор карточки вернул. Арестовывали деда не один раз. Как-то повезли на машине в участок. Конвоиры над ним смеялись: «Поп, молись! Проси своего Бога, чтобы помог!» Дед молился, и вскоре машина заглохла. Конвоировать пешком арестанта не могли, а дорога была пустынной — ни одна машина не проехала… В тот раз его отпустили. В последний раз его арестовали в 1937 году, и домой дед уже не вернулся. А мой отец вместо храма Божьего выбрал храм искусства. Стал не священником, а артистом…

 

Источник →

Ключевые слова: Звезды — Частная жизнь

Опубликовано 13.04.2017 в 07:59

 

 

Теги: звёздные дети|звёздная жизнь

Скандал в княжеском семействе Монако!

Скандал в княжеском семействе Монако!

Скандал в княжеском семействе Монако!

Шарлотта Казираги Фото: LEGION-MEDIA Димитрий Рассам и Шарлотта Казираги Фото: LEGION-MEDIA

Племянница ныне царствующего князя Монако  Альбера II — Шарлотта поставила семейство Гримальди в не слишком удобное положение. Дело в том, что как удалось узнать итальянским репортерам, 30-летняя внучка Грейс Келли беременна от французского продюсера Димитрия Рассама,  который состоит в законном браке. Влюбленных удалось заснять на отдыхе на Карибских островах. Причем Шарлотта даже не пыталась скрывать свой уже заметно округлившийся животик. Эта информация появилась в итальянском издании Chi.

Как разведали репортеры издания, роман Шарлотты и Димитрия начался еще в прошлом году. При этом, влюбленных не остановил тот факт, что Рассам женат: его супруга — модель русского происхождения Маша Новоселова. Мало того, Шарлотта увела из семьи не просто чужого мужа, а еще и отца маленькой Даши — его дочки от Новоселовой.

Герой романа Шарлотты —  Димитрий — известный продюсер, который успел поработать уже над двумя десятками успешных кинопроектов. Впрочем, фотографии Рассама начали появляться во французской прессе еще задолго до того, как он начал свою карьеру. Дело в том, что он его маму знают все – это прославленная актриса Кароль Буке.

Что же касается самой Шарлотты, дочке принцессы Каролины, то она пока замужем официально не была. Что не помешало ей пережить несколько бурных романов, от одного из которых — с актером Gad Elmaleh, она родила сына Рафаэля. Но если сама Шарлотта  - восьмая по счету в очереди к монакскому престолу, то Рафаэь не может претендовать на трон этой страны, так ка не был рожден в законном браке.

 

Источник →

Ключевые слова: Стиль жизни — Семья

Опубликовано 13.04.2017 в 10:59

Теги: звёздный скандал|звёздная жизнь

Шамбала

Шамбала

 

Шамбала

Согласно древней тибетской карте в словаре Tibetan — Zang Zung Dictionary. Delhi, Tibetan Bon Foundation, которую смогли интерпретировать советский тибетолог Б. И. Кузнецов (1931—1985) и востоковед Л. Н. Гумилёв (1912—1992), такая страна существовала. Карта восходит к ирано-тибетской картографической традиции. Согласно этой интерпретации[1], автор был современником Селевкидов и отразил на карте эпоху господства Сирии, руководимой македонскими завоевателями, Сирия по-персидски называется Шам, а слово «боло» означает «верх», «поверхность». Следовательно, Шамбала переводится как «господство Сирии», что и соответствовало действительности в период III—II в. до н. э.

В отличие от ирано-тибетской индо-тибетская географическая традиция ставит задачи не страноведческие, а космологические. Поэтому Шамбала — мистическая страна в Тибете или окрестных регионах. Впервые упомянута в буддийском тексте «Калачакра» (XI век), согласно которому в Последние времена Шамбала станет последней цитаделью истинной Дхармы в войне с полчищами варваров (млеччха). Царём Шамбалы тогда станет Калка-раджа — 10-е воплощение Вишну. Существует также предположение, что в Шамбале хранится весь генофонд человечества.

Другая версия гласит, что Шамбала — это состояние души, соединения человека с Богом. То есть найти Шамбалу означает достичь просветления.

В теософской традиции Шамбала — место нахождения Великих Учителей, продвигающих эволюцию человечества.

Шамбала подробно описана в работах Николая и Елены Рерих — Учение Живая Этика.

У русских староверов существует понятие «Беловодье», которое всеми признаками напоминает Шамбалу.

Также считается, что Шамбала это центр мира в центре её находится источник или своеобразный кристалл или субстанция дающая жизнь всему сущему на земле.

Помимо множества трудов по системе Калачакра и комментариев к ним существует особый разряд литературы, посвященной описанию пути в Шамбалу. Трактаты такого рода известны как LАМ-YIG (описание дороги). Один из таких «путеводителей» обнаружен в Танджуре (озаглавлен Калапаватара / КА-LАРАR ‘JUG-РА). Этот труд автора по имени Атмогханькуша (DОN-YOD LСАGS-КYU) переведен на тибетский с рукописи из Непала (Р. Соrdier, Саtаlоguе du Fоnds Тibеtаin, vol. III, р. 515).

Наиболее известным описанием царства Шамбала является SНАМВНАLА’I LАМ-YIG в сочинении Третьего панчен-ламы Лобсан-Ешей (ВLО-ВZАNG DРАL-LDAN YE-CES, 1740 — 1780). Покойный проф. А. Грюнведель (Аlbert Gruenwedel) опубликовал немецкий перевод этого текста в Аbhandlungen der Коn. Вауеrischen Аkad. der Wissenschaften, vol. III, 3, Мuenchen, 1915. Некоторые исследователи полагают, что этот SНАМВНАLА’I LАМ-YIG сочинил великий лама SТАG-ТSНАNG RАS-СНЕN (XVII век).

Д-р Б. Лауфер (см.: Т’оung Рао, 1907, р. 404) дает перевод любопытного отрывка из «путеводителя» в Шамбалу, который он датирует XIII в.

Описание Шамбалы (SНАМВНАLА’I SНING-ВКOD-РА) также обнаружено в тибетском фонде библиотеки Гималайского научно-исследовательского института. Эта анонимная работа, написанная предположительно где-то в Западном Тибете, базируется на ‘GREL-СНЕN автора Кхайдуб-чжэ (МКНАS-GRUB-RJE) и на комментарии к нему панчен-ламы Лобсан-Чойчжи-Жалцана.

Изложенный выше перечень трудов, безусловно, не претендует на исчерпывающее описание всех существующих текстов о Шамбале. Например, говорят, что только в области Кхам имеется несколько работ типа SНАМВНАLА’I BYANG LАМ-YIG, но разыскать их почти невозможно.

Вообще, поиск дороги в Шамбалу и духовное общение с её владыкой было всегда предметом особого почитания и рвения в среде тибетских аскетов и святых. Множество устных преданий и легенд скопилось в течение столетий вокруг этой проблемы, скрывая за собой ее истинное значение.

Первым упоминанием Шамбалы у западных авторов явилось, как мне думается, сообщение, сделанное двумя иезуитскими миссионерами Стефеном Чачеллой и Джоном Кабралем (Stephen Сасеllа, John Саbrаl), которые во время своего посещения Бутана в поисках дороги в Катай (Саthау) узнали о существовании страны Шамбалы где-то на севере и в 1627 г. решили отправиться в Тибет с целью выяснить путь в Шамбалу. К сожалению, все сведения об их экспедиции ограничены двумя письмами, датированными соответственно 4 октября 1627 г. и 17 июня 1628 г. Последнее письмо отправил Отец Джон Кабраль, в котором он рассказывает об их пребывании в Центральном Тибете.

По прибытии в Бутан их расспросы о пути в Катай имели мало успеха. «Но существует какая-то страна, — отмечает Стефен Чачелла, — очень известная здесь, которую называют Хеmbalа (Шамбала), которая граничит с другой, называемой Sopo (SОG-РО), но король не мог дать никаких сведений о ее вероисповедании. Я полагаю, что это Катай, поскольку страна эта очень большая, а граничащая с ней страна есть ни что иное, как Таrtаr, что соответствует тому, как Катай представлен на картах. То, что название Катай здесь неведомо, еще ничего не доказывает, поскольку ни Китай, ни Татарию, ни Тибет тут так не называют: Китай именуют Guеnа (RGYА-NАG), Татарию — Sopo (SOGРО), а Тибет — Роtеntе» (Wessels, ibid., р. 144).

Намеревшись проникнуть в Шамбалу, Чачелла отправился в путь из Дхарма-раджи (в Бутане). Ему удалось дойти лишь до Шигадзе (Gigасi / Shigatse), и только в январе следующего года к нему вновь присоединился Отец Кабраль. Оба они, должно быть заметили, что Шамбала и Катай не одна и та же страна, потому как в своем кратком описании королевства Uсаngue (U-ТSАNG) Отец Кабраль указал: «Шамбхала (Хеmbаlа), по-моему, не Катай, а то, что на наших картах названо Великая Татария» (Wessels, ibid., р. 155).

Впоследствии к проблеме тибетской хронологии обращался Гиорги (Дьордь?) (Gеоrgy) в своем труде «Аlрhаbеtum Тibеtаnum» (1762 г.), воспроизводя ее довольно неточно. Первую достоверную информацию о тибетском шестидесятилетнем цикле дает Паллас (Раllas) в своей замечательной книге «Samlungen histrischen Nachrichten ueber Volkenschaftten» (St. Реtеrsburg, 1801). Вопрос о шестидесятилетнем цикле и царстве Шамбхала поднимали затем Шандор Чома де Кёрёши в своей «Тибетской грамматике» (Grammar of the Tibetian Language. Calcutta, 1834), миссионеры-лазаристы Хюк и Габэ (Нuс, Gаbet) в «Travells in Tartary, Tibet and China (1844 — 1846)». Routledge, London, 1928, vol. II, р. 268 ff и Е. Schlaginweit в «Buddhism in Tibet», 1863. Ко всем приведенным выше и некоторым другим более ранним работам по этой теме мы еще обратимся в будущих выпусках данного исследования.

История первой проповеди доктрины Калачакра Буддой Шакьямуни хорошо известна. Еще Чома де Кёрёши приводит ее в своей «Тибетской грамматике» на с. 192, и поэтому нет необходимости повторять ее здесь. Кхайдуб-чжэ в своем комментарии (‘GREL-СНЕN) приводит несколько версий первой проповеди доктрины Калачакра Буддой. Конечно же, в их различиях отразились разные традиции, бытовавшие в Индии и Тибете. Каждой из них сцена первой проповеди Калачакры локализуется у великой ступы Шри-Дханьякатака. Краткий комментарий (‘GREL-CHEN, vol. 18), написанный Ачалагарбхой, свидетельствует о том, что учение происходило из Шамбалы, и что царь Сучандра слушал ее у Шри-Дханьякатаки. Ньимабал-Ешей (NYI-МА-DPAL YЕ-SHES) в своем комментарии (‘GRЕL-СНЕN, vol. 18) утверждает, что Будда проповедовал доктрину собранию, желавшему получить наставления в различных тантрах. Согласно традициям, предлагаемым в своих сочинениях Ра-лоцзавой и Бро-лоцзавой, Будда проповедовал учение у Шри-Дханьякатаки в год своего ухода из жизни. Тем не менее Кхайдуб-чжэ отзывается об этом утверждении как неверном и потому не заслуживающем внимания (‘GREL-СНЕN, vol. 18).

Согласно ему (‘GRЕL-СНЕN, vol. 19), верна та традиция, что повествует о первой проповеди доктрины «Колеса Времени» Буддой близ ступы Шри-Дханьякатака после Его Наивысшего Просветления. Сучандра же, владыка Шамбалы, чудодейственным образом прибыл к месту проповеди в сопровождении царей девяноста шести провинций Шамбалы и множества бодхисаттв, дэвов и асуров. Сучандре, по мнению Кхайдуб-чжэ, и принадлежит авторство первой Калачакрамулатантры. Ему также приписывают изложение сокращенного варианга Мулатантры и составление комментария в 60000 шлок. Перед смертью Сучандра посвятил в таинство проповеди доктрины Калачакра своего сына LHA’I DВАNG-РНYUG, и с тех пор учение передавалось каждому последующему владыке Шамбалы.

Источник

 

Ключевые слова: непознанное

 

Опубликовал Александр Николаевич , 13.04.2017 в 10:32

 

 

 

Теги: непознаное|это интересно

Похоронные обряды древних славян

Похоронные обряды древних славян

 

 

Похоронные обряды древних славян

Похоронные обряды древних славян это довольно сложная тема, по теме которой написана не одна книга. Воочию никто из нас не видел, как это происходило, но на наше счастье осталось немало свидетельств тех событий. Это свидетельства и иностранных авторов, которые посещали далёкие северные страны, населённые языческими народами, и христианских летописцев, а также народные сказания и былины, раскопки археологов. Всё это даёт нам право с какой-то степенью уверенности говорить о том, что мы знаем, как это происходило у наших предков. В этой статье мы в довольно кратком и сжатом виде попытаемся узнать всё о том, как совершались похоронные обряды всего тысячу лет назад.

Сразу стоит сказать о том, что славяне-язычники, которые жили на просторах древней Руси, были огнепоклонниками. В связи с этим фактом, большинство похоронных обрядов — это трупосожжение или кремация. Считалось, что при помощи огня, который взметается на большую высоту (а костры для кремации зачастую были очень большими), душа попадала прямо в царство мёртвых. Также важным атрибутом на похоронах была лодка. Это связано с верованиями и мифологией славян, где говорится о том, что в ином мире, в Нави, душа умершего должна пересечь реку Смородину, что бы попасть непосредственно в то место, где ей и должно оказаться. В некоторых преданиях мы можем встретить, что душа пересекает реку по Калинову мосту, но всё же покойников сжигали именно в лодке. Кстати, стоит сказать, что современный гроб для погребения — это именно видоизменённая, упрощённая лодка, традиция хоронить в которой пришла к нам из глубины веков.

Попытаемся представить, как же выглядел такой обряд. Возьмём для примера похороны обычного человека. К самому костру умершего человека доставляли либо на санях, либо в ладье, лодке. Для проведения ритуала сожжения выкладывался костёр, который называется Крада, в виде прямоугольника, высотой по плечи человека, иногда ниже, иногда выше. При этом использовались берёзовые или дубовые дрова, либо все вместе. Берёза, кроме того, что является священным деревом, как известно ещё и очень хорошо горит, а дуб является Божественным деревом, деревом Перуна, что придаёт похоронному обряду особую значимость и покровительство высших Богов оставившей тело душе. Внутренность крады набивается соломой и ветками, что бы огонь мог легко воспламениться и поджечь дрова. Рядом с покойником, которого кладут в центр на специальном настиле, либо в настоящей лодке, либо в импровизированной лодке, кладут поминальную еду, необходимые в загробном мире вещи, амулеты и обереги. В погребальный костёр часто клали крылья птиц, что бы помочь душе взлететь на небо. Судя по многочисленным раскопкам, количество и разнообразие предметов, которые кладут рядом с покойником, различаются в зависимости от племени и места обитания, так что не будем на этом зацикливаться, так как получиться очень долго и довольно скучно.

Краду с умершим поджигает жрец или волхв на закате дня. То, что кремация происходит на закате, также очень символично. Во-первых, закат дня, как и закат жизни. Во-вторых, по верованиям древних славян, солнце на ночь уходит в загробный мир Навь и тем самым забирает вместе с собой душу умершего человека. В-третьих, считается, что на закате душа может увидеть свет заходящего солнца и в принципе понять куда ей держать путь. По периметру костра выкладывалась ограда со снопами сена, которую также поджигали. Есть два варианта объяснения горящей ограды: 1. Так славяне закрывали пламенем тело сгоравшего в костре от взглядов; 2. Горящая ограда бы ещё и оградой в сакральном смысле, которая разграничивала мир мёртвых и мир живых и была аналогом легендарной горящей реки в ином мире. Так же отмечается, что вместе с телом человека сжигали тела домашних животных и диких — птицу, медведя, зайца и т.д.

Во время сжигания читаются специальные ритуальные молитвы и песнопения. Проводились Стравы — пир по умершему, и Тризны — похоронные ритуалы и боевые игрища. Поднявшийся к самому небу огонь означает, что душа человека поднялась в Сваргу и оставила на земле только свои останки. После того, как огонь прогорит (либо с утра), люди собирают кости и пепел (хотя, к примеру, северяне не собирали останки, а насыпали сверху холм, на котором устраивали тризну) в глиняный горшок (горшок для еды или в специальную урну) и ставят в специальной «избушке на столбе», импровизированном маленьком домике на высокой палке. Некоторые описания сего действа опускают упоминание избушек и говорят о том, что сосуд с пеплом ставили просто на столб у дороги. Такие избушки с останками ставились на пути из селения к закату солнца прямо по дороге. В некоторых районах России обычай ставить домики прямо на могилах сохранялся аж до 20 века. Некоторые исследователи, например В. 3. Завитневич, находят и указывают на то, что столбы с урнами ставились и на самом месте сожжения.

Помещение праха умершего на столбах является данью традициям и поверьям. Так, столбы считались границей между живым и мёртвым миром. Возле этих столбов оставлялась посуда, которая использовалась во время похоронного обряда. Рядом с этими столбами или прямо на столбах обитали сами души. Что бы им было удобно и уютно, у домиков с прахом имелась крыша. Даже когда людей стали хоронить в земле, на кладбищах всё равно ставили столбы с крышами, затем они сменились христианскими крестами, на вершине которых ставились крыши, что можно и сейчас видеть на старинных кладбищах и могилах которым не одна сотня лет. Сейчас такой традиции нет, а ставится просто голый крест. В некоторых местах такие постройки называются — Голубец, из других источников мы можем понять, что надстройка называлась Бдын.

Домовины на столбах выглядели примерно так: деревянный срубный домик размерами 1,5 на 2 метра. У него была двухскатная крыша с маленьким оконцем. Четвёртой стены в домине по видимому не было и делалось это для того, что приходящие на поминки/поминовения, могли ставить внутрь приношения. Надо признаться, что именно такой способ захоронения принёс современным учёным массу проблем, так как от них практически ничего не осталось. Они сгнивали, разрушались от времени или уничтожались другими народами, которые прибывали на новое место жительства, вытесняли или заменяли коренных жителей. Для них чужие предки казались враждебными, поэтому их просто сносили. Если подземные могилы-захоронения выкапывать вряд ли кто бы стал в силу разных причин, начиная от простой — трудозатратной и заканчивая суеверными, то снести столбы, сжечь или отвести подальше от селения не представляло никаких проблем.

Столб также может отнести нас к архаичному прошлому наших предков. Ещё до того, как трупы стали сжигать, людей хоронили на деревьях. Такие деревья были прообразом «мирового дерева», которое не только соединяло мир живых и мир мёртвых, Богов, но и выполняло множество других функций, таких как поддержание небесного свода, функции главной оси мироздания и т.д. Позднее, вместо дерева стал использоваться столб, который, по всей видимости, продолжал роль Мирового Дерева. При помощи Мирового Древа (столба) душа умершего могла подняться вверх в мир мёртвых и спуститься обратно. Стоит также отметить, что одним из мест, по предположениям древних славян, куда отправлялись души после смерти, являлась Луна. Возможно, они считали, что именно там и находятся Долина Мёртвых. Вообще, планеты, звёзды, космические тела представлялись древним славянам Богами и душами предков. Так Млечный Путь называли не иначе как «Дорожка умерших, идущих на вечное житьё». Столб с прахом мог ещё и означать — нахождение души умершего на небе.

Некоторые из дошедших до нас летописей рассказывают и о других подробностях. Так, к примеру, в летописи, в которой рассказывается, как княгиня Ольга хоронила своего мужа, прямо говорится о том, что в этот день пили очень много мёда (хмельной напиток), совершали тризны, пели специальные песни, и свершали так называемое «бдение», когда в похоронную ночь не ложилось спать большое количество людей. Хотя, вероятно, это могло зависеть от статуса умершего. Над прахом умершего насыпали курган, величина которого также зависела от статуса покойного. При раскопках погребального кострища Чёрной Могилы, археологи обнаружили большой железный котёл, в котором находились пережженные бараньи и птичьи кости, клочья бараньей шерсти, а поверх этого лежала баранья голова. Возле котла были обнаружены два жертвенных ножа, которые назывались скрамасексы. Раскопки в Гнездове рисуют историкам следующую картину этого процесса: после сожжения трупов, резался баран, кости и конечности которого помещали в котёл. Котёл ставили на огнище, а рядом с ним три урны с человеческими останками.

Из других источников можно узнать о таком обряде, как вынос покойного из дома необычным путём. Чаще всего для этого разбирали часть стены, а потом закладывали обратно. Делалось это для того, что бы душа умершего не смогла найти дорогу домой и не тревожила живых людей. Кладбище считалось не только местом захоронения ушедших людей, но и святилищем. Здесь регулярно проводили обряды, ритуалы и праздники, которые, так или иначе, относились к культу предков. Урну с прахом ставили не только на столб, но, как говорят находки археологов, в выложенное кольцо из камней. По некоторым предположениям, кольцо из камней — это жертва Перуну, которого люди молили принять душу усопшего в лучший мир. Такие образования из камней сложенных в круг, где в центре покоиться сосуд с прахом, находят во многих курганах и захоронениях древних славян бывших ещё язычниками.

Ибн Фадлан в своей «Записке» рассказывает о таком способе погребения. Сооружалась ладья, на которой устанавливается шатёр (возможно речь идёт о деревянном срубе), в котором и находится тело покойного, специальным образом обработанное мёдом. Вместе с ним клали различную утварь, украшения, оружие и т.д. Несколько дней люди веселились вокруг этой ладьи, пили хмельные напитки, ели, пели песни. Закалывалось два быка и несколько овец прямо на ладье. Ко всему прочему, стоит сказать, что Ибн Фадлан описывает такую вещь, как выбор жертвы — девушки, которая добровольно соглашается последовать в иной мир вместе с покойным, что являлся человеком очень высокого статуса. Девушка несколько дней веселилась вместе с другими, потом ей перерезали горло и ложили рядом с покойным (возможно, Ибн Фадлан, как и в случае с баней, которую посчитали местом, где люди себя истязают, не всё так понял и принял за кровавый ритуал нечто совсем другое). После это ладью поджигали, а после того как всё прогорело, насыпали сверху большой курган с деревянным столбом на вершине (видимо всё тот же столб Бдын — аналог Мирового Древа).

Однако кремация умерших людей не была единственным способом хоронить покойников. Умерших людей хоронили и в земле. Делали это не в положении спящего человека, а в позе эмбриона. Этот обычай относит нас к верованиям в переселение душ. Человек приходит в этот мир в позе эмбриона в материнском чреве и закапывается в землю после смерти в позе эмбриона, что бы он смог поскорее найти себе новую мать и вновь родится на свет. Что бы тело принимало нужную позу, его искусственно связывали. Таким образом, вера в реинкарнацию полагала, что душа не улетала на небо или в мир Богов, долину духов и т.д., а перерождалась в новом теле, создавая, известный нам по индуистским верованиям, круг перерождений. Такой способ погребения предшествовал эпохе трупосожжения и существовал в бронзовом и железном веках. Одни из последних захоронений в форме эмбриона фиксируются VI в. до нашей эры. Уже вслед за этим, (некоторые исследователи утверждают, что кремация появилась во II тыс. до нашей эры) пришла форма похорон — кремации и сменилась она следующим способом уже только после христианизации Руси.

На смену эмбриональной форме захоронения (и после эпохи трупосожжения) приходит другая форма. Теперь покойников стали хоронить в вытянутом положении, лицом вверх. Таким образом, создавалось представление, что умерший «спит», а его душа в это время отправилась в другое место. Есть несколько находок парных захоронений, где вместе лежат мужчина и женщина, видимо умерший мужичина и женщина, которая пожелала разделить смерть со своим мужем или хозяином. Естественно, что мужчин хоронили в зависимости от их положения в обществе — богато или бедно, воинов с оружием; молодых девушек хоронили скромно с небольшим ассортиментом украшений, так же скромно хоронили пожилых и старых женщин, которые ушли на тот свет в своё время, а вот взрослых женщин, которые были в самом расцвете сил, хоронили с особыми почестями, в богатой одежде, зачастую в подвенечном платье и массой украшений, оберегов, амулетов и различной бытовой и ритуальной утварью. Есть упоминание о том, что в могилу покойному клали верёвочную лестницу, видимо по аналогии с лодкой, при помощи которой душа могла добраться в мир мёртвых. Но это уже более поздний обычай. Если раньше, что бы перейти в загробный мир, душе необходимо было пересечь реку Смородину, то в более поздней интерпретации загробных похождений, душе нужно было забраться на небо при помощи лестницы. Хотя, если судить по архаичному Мировому Древу, верёвочная лестница может быть откликом более древних верований, чем даже ладья.

Но возвратимся к кремации. Кроме того, что прах умерших ставили на столбы, в древней традиции присутствовал и обычай хоронить урну с прахом в земле. Археологи, которые натыкались на такие захоронения, отмечают, что ямы для таких урн чаще всего были овальными и совсем небольшими, размером только для того, что бы в них поместилась собственно сама урна и несколько вещей. Иногда вместе с урнами ложили посуду с едой и питьём — горшки, миски, кружки и т.д., украшения, пряслица, а в некоторых случаях оружие, топоры и другие предметы, что явно говорит о том, что славяне верили — в загробной жизни душе понадобятся все эти вещи и она сможет ими воспользоваться по предназначению. Стоит также отметить, что более богатые вещи находят в могилах, где покоиться само тело, а не прах. По видимому, человек, который не превратился в пепел, а выглядит совсем как спящий, заслуживал особого внимания и почитания у живых людей и представлялся входящим в загробный мир точно таким же, как и при жизни, поэтому ему были необходимы те же вещи, что и при жизни. Тело же, которое превратилось в угли и пепел больше не сохраняло никаких черт некогда живущего человека, а душа представлялась совершенно отдельным существом вряд ли даже похожим на физическое тело, что, соответственно, освобождало её от ряда надобностей, которые были присущи ей при земной жизни.

Источник

 

Ключевые слова: Культура

 

Опубликовал Александр Николаевич , 13.04.2017 в 10:20

 

 

 

Теги: славянский мир